You are viewing [info]laba_lapsa's journal

Как · бы · это...эээ...покультурнее · выразиться

Recent Entries · Archive · Friends · User Info

* * *


СТИХИ В АПРЕЛЕ
В эту зиму с ума
я опять не сошел. А зима,
глядь, и кончилась. Шум ледохода
и зеленый покров
различаю. И, значит, здоров.
С новым временем года
поздравляю себя
и, зрачок о Фонтанку слепя,
я дроблю себя на сто.
Пятерней по лицу
провожу. И в мозгу, как в лесу —
оседание наста.

Дотянув до седин,
я смотрю, как буксир среди льдин
пробирается к устью.
                 Не ниже
поминания зла
превращенье бумаги в козла
отпущенья обид.
            Извини же
за возвышенный слог:
не кончается время тревог,
но кончаются зимы.
В этом — суть перемен,
в толчее, в перебранке Камен
на пиру Мнемозины.


Апрель, 1969


С первым дождиком, Москва! )
* * *
* * *
Открывается занавес.  Пустая сцена с дощатым грубым полом. Прожекторный луч рассекает темноту зрительного зала, небрежно плывет по сцене и,  случайно найдя, обволакивает меня с ног до головы.  Пауза.
Мхм-мхм.
Щелкаю ногтем по микрофону. 
- Вы хотите знать как я стала тренером?  Сейчас...
Где-то в дальнем углу огромного сырого зала старый кассетник играет тихонечко хриплый, едва различимый блюз.
- Это случилось в местечке со странным названием "Местечко со странным названием".
Я, помнится, сидела тогда, лениво перебирая носом древесно-дымные нотки Балантайса и, по-своему, даже размышляла. Это было что-то вроде:  "Друх не стоит двух", "Друх, он лучше мух" Нет, не то.. "Друг с тобой, когда горячо, друг всегда подставит плечо.." Плечо. Моё плечо..
От неожиданности я аж подпрыгнула. И оху..ла сразу же. От увиденного.
Тут-то всё и началось.
Друзья, вы, конечно,  в праве метнуть в меня помидор, да хоть сотню,  но не поведать вам эту историю, простите, я уже не в силах. Неразделенная память о случившемся вот-вот взорвет меня изнутри, так смилуйтесь, возьмите хоть кусочег.
Итак. 
Небрежно опустив конечность на мое хрупкое сутулое плечо, чудом удерживая  массивное волосатое тело на двух тонюсеньких  лапках, бессмысленно и нервно поигрывая усиками, надо мной нависла фигура волосатой черной мухи размером с нормального такого бойца сумо* . Стояла, молча потупив и без того ничего не транслировавший взгляд. Здоровенная, черная, решительно ничего не выражающая муха с фигурой японского бойца - вот что явилось моему взору в ту ночь, начисто срубившую все мои прежние представления о мире.
И так она, помнится, по-простецки двинулась к выходу, пустая тварь, что не последовать за ней не представлялось возможным совершенно. 
О, будьте снисходительны, господа, ну и не тратьте зря овощи, у меня тут тройная защита заклинаниями и меловой круг. 
И вот я в темном подвале. Прижали. Кипит недетский рамс. Петюги в малиновых пиджаках трут со мной по понятиям. Они-то трут, а я - неее! Не умею, очевидно. Тут то ли я врубила третий уровень слушания из мета-позиции, то ли это уже душонка моя трепетная, летя от ужаса восвояси, решила глазком напоследок окинуть ситуацию, да только вижу я, будто со стороны, всю неказистость происходящего: по всему, равно очевидны как острая необходимость вот прямо сей момент базар держать, так и абсолютная невозможность осуществить это на практике. В общем, не выруливаю. Жопа. Реальная жопа в неизвестном мне, неприятном таком подвале. И тут, чтобы вы думали?!
Муха, господа! Му-ха...
Она вдруг просто стоит в углу и всё! Всё! Всё-всё-всё хорошо! Решительно. 
Я собираю пыльцу своими маленькими бархатистыми лапками.. Ух! Нах..й бандосов! От цветочка к цветочку меня переносят прозрачные шуршащие крылышки, а чёрные полосочки на спине оказались теплей желтых, и этот контраст так приятно мурашками расплывается в тельце... мммм... а какая жжже все-таки вкусняжжжка эти первые весенние одуванчики! Ну дети солнца прям! Засуну-ка я хоботок вон в тот, жирненький. Хмхмхм - аж в глазах потемнело от такой сладости. Ох, ну прямо в мозг нектар льётся, охох нихрена себе - прямо в моск! Ой! Как это он? Как это он, этот одуванчик желтенький вдруг стал моим хоботком? Или это он уже и был им? А хоботком ли? И только ли им? Что за... НЕТ! Нетнетнет, отдайте хобот, я не одуванчик, или, если даже и так, пусть хотя бы с хоботом.. Ну вот. Хоть что-то..
Оставили хоботок. Качаюсь на ветру всей своей нелепостью. Отчаянно поджимаю и съеживаю от холода корешки...иии.. МУХА! 
Спасительная неподвижная тварь..
У нас попойка в "Местечке".  Ставлю  зеленые фишки неизвестного номинала на восемь гнёзд в буле. Чёт и нечет поровну на этот раз. Ииии  - шарик,шарик, прикати-ка мне удачу! Мнеповезетмнеповезетмнепо... Ёп! Пятерка! :(
Из буля получается му.. ну, вы поняли кто ))
Спасает от разорения.
Затем кладет, как водится, на меня волосатую лапищу и хриплым таким голосом в темном сыром рижском дворике шепчет  прямо в голову "Научиии иииих дружбЭЭЭ". 
Да.. Именно так. Хм.. "ДружбЭЭЭ"... 
Наверное, это важно. Чтож.. 
И в этот момент мне стало до коликов очевидно - она уходит.  
"ДружбЭЭЭ" - это всё, что осталось. За исключением, разве что... ну, да не суть... 
Эх.. 
Ну чтож, господа, а сейчас разделитесь-ка живенько на мини-группы по три человека...
Начнем.

______________________________________________________

* современное профессиональное сумо парадоксально сочетает в себе элементы благородного единоборства, шоу, храмового священнодействия, архаичных традиций, спорта, самурайского духа и циркового бизнеса. (Википедия) 
Current Mood:
.
* * *




Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
над сумеречными деревьями звенящие, звенящие голоса,
в сумеречном воздухе пропадающие, затихающие постепенно,
в сумеречном воздухе исчезающие небеса?

Блестящие нити дождя переплетаются среди деревьев
и негромко шумят, и негромко шумят в белесой траве.
Слышишь ли ты голоса, видишь ли ты волосы с красными гребнями,
маленькие ладони, поднятые к мокрой листве?

"Проплывают облака, проплывают облака и гаснут..." --
это дети поют и поют, черные ветви шумят,
голоса взлетают между листьев, между стволов неясных,
в сумеречном воздухе их не обнять, не вернуть назад.

Только мокрые листья летят на ветру, спешат из рощи,
улетают, словно слышат издали какой-то осенний зов.
"Проплывают облака..." -- это дети поют ночью, ночью,
от травы до вершин все -- биение, все -- дрожание голосов.

Проплывают облака, это жизнь проплывает, проходит,
привыкай, привыкай, это смерть мы в себе несем,
среди черных ветвей облака с голосами, с любовью...
"Проплывают облака..." -- это дети поют обо всем.

Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
блестящие нити дождя переплетаются, звенящие голоса,
возле узких вершин в новых сумерках на мгновение
видишь сызнова, видишь сызнова угасающие небеса?

Проплывают облака, проплывают, проплывают над рощей.
Где-то льется вода, только плакать и петь, вдоль осенних оград,
все рыдать и рыдать, и смотреть все вверх, быть ребенком ночью,
и смотреть все вверх, только плакать и петь, и не знать утрат.

Где-то льется вода, вдоль осенних оград, вдоль деревьев неясных,
в новых сумерках пенье, только плакать и петь, только листья сложить.
Что-то выше нас. Что-то выше нас проплывает и гаснет,
только плакать и петь, только плакать и петь, только жить.
Иосиф Бродский
1961











































Current Mood:
Осень
* * *
Я ХОЧУ БЫТЬ ХОРОШЕЮ,
ОЧЕНЬ ХОРОШЕЮ
ЛУЧШЕ ВСЕХ!
НО Я В НЕБО ПОДБРОШЕНА
КЕМ-ТО ПОДБРОШЕНА
ЖОПОЙ ВВЕРХ.
* * *
- Рейдос, райдос, каталитка, вот и ты теперь улитка!
- Ага, здоровенная такая, восьмидесятикиллограмовая.. А тебя я в медведя привращу!.. Буду материализовывать из пространства  яблоки размером с машину. они будут появляться из ниоткуда и...
- и уходить в никуда! а у меня будут появляться огромные деревянные чарки с медом!
- да тебе достаточно засунуть ложку в пространство, и можно наматывать мёд!
...
- а в магазины с запрещающими табличками на входе ты, медведь,  неизменно будешь закатывать на роликах, а я - с мороженым во рту:  "вы не против? " :))
...
- интересно, а улитки могут заниматься любовью с медведями?
- ну... мы что-нибудь придумаем! )
---
- так выходит, вселенная... пульсирует?
- дрочит.  но это дает нам надежду!!!
---
"УНДЕР ФАЗЕР, УНДЕР ПРОСТИТУТЕН!"
 (фиолетовой пастой на портрете Фрейда)
---
и у нас теперь твиттер! под террариум с гигантской улиткой катей кладем клочки с посланиями. она когда-нибудь ответит. а пока мы ждем. ждем. ждем. мешаем воду гвоздем.
"а ты, катя, о смерти думаешь?  пи..да ты с рожками!" 
---
прошло пол лета...
---
"Энштейн был молекулой! иначе как бы он просочился?"
---
в аэропорту:
- ох мы бедненькие бедняжечки!!!
- никогда еще не видел такого количества упырей в одном месте.
- летающих упырей!
- остается только очертить здесь помидором круг и петь в нем мантры...
---
мы закончимся, моя сумасшедшая ракета... как всё хорошее когда-нибудь )




* * *
* * *


А нам всё снится собственная нескончаемость. Мы ж глубоко бессмертны, да? )) И пусть не здесь, так в других, непременно светлых и радужных мирах,  уверенно планируем продолжиться. И уж там-то и дожить недожитое, и недолюбленное долюбить, и отдать неотданное, и...
"Айс. Айс, айс, беби. Я буду тебя любить только когда мы будем на небе. Ну а пока..." (с)
Изобретательны на анастетики :) На небе... хм.
А что, если нет никакого "неба"? 
Класс?
Мы пишемся на чистовик! Один единственный раз. И не случится нам работать над ошибками.
На чистовииик. Только однажды! И прямо СЕЙ-ЧАС!
Давайте внесем это в свои to do листы, забъем в напоминалки в телефонах , и - на повтор. Пусть каждый день пищат!
На чистовик... 
А интересно - насколько он уже исписан? ) 
Пусть, мать их, тикают, звенят, пищат нам, безгранично счастливым или  трясущимся в ужасе - каким угодно.. Как угодно...
Только напоминали бы о том, что  важно!  
О том, что единственно важно здесь...


 


Current Music:
Guf - Ice Baby
* * *
 Мне снился вечер накануне дуэли Пушкина и Дантеса.
Саша спокоен. Его противник бледен. И всё мечутся, мечутся в его зрачках невысказанности... А вокруг уже жаждущие зрелища. И всё тоньше тропинка назад. Ввязались основательно, без шанса на попятную. Диапазон возможных исходов безжалостно сужен до одного, очевидно, самого фатального. Нет шансов... но и скуки нет временно )  Короткие переглядывания в общей суете. Перчатка в потной ладони. Зловещая тень канделябра на стене. Дантес застыл в пустынной зале. Взгляд неподвижен. Сейчас он весь как есть из белого мрамора. И ни одной мысли. За него думает пляшущая на стене тень. За него решает. Стук, скрип двери, фигура Саши на пороге. Стройная и основательная как эфиопский баобаб.  В два прыжка оказалась рядом. В Дантесе нет воли противиться. Его душа делегирована канделябру. А тот послушный и стылый замер на столе. 
- Послушай, друг, - слова Саши заполняют всё пространство залы, звучат из каждого угла, и тянучим киселём вливаются в неподвижную голову Данеса, - я знаю твою невозможность, втянувшую нас сюда, и покоряюсь ей во все глаза. Я, позволь, попробую войти в суть сейчас. Если угодно,  нутро нашей с тобой иллюзии. Тссс. Не говори, пустое это, Жорж.  Ведь скука смертная во всём, что ты сейчас выпалишь. Разреши мне... 
И, слой за слоем, он начинает снимать с обмякших плеч противника доспехи. Сдувает пыль из самых дальних уколков его беспокойного сознания. Прозрачной водой до костей омывает его недра, и уже кристальному, неспособному кривить,  распахнутому всему и перед всем беззащитному, он шепчет:
- Ведь дело даже не в ней, не так ли? Я знаю. Видишь ли, трагедия и великое счастье поэта - жить бескожим. В непрекрытой правде, всех её дряностях и прекрасностях.  И в твоей, Дантес, невыносимости, тоже. Ведь ты же любишь меня...
Гудит пауза. Затем:
- Люблю.. люблю... люблю... - эхом по комнате. 
- Это так... пректасно.... ) Саша смотрит в распахнутые глаза Дантеса, со всем теплом и грустью, на какие способно человеческое существо. 
Дантеса бьёт дрожь. Губы скривились, и темные зрачки стали двумя влажными, бездонными входами. 
Пушкин достает изо рта свою тянучую зелёную нить и, обволакивая горячим дыханием  лицо Дантеса, легким движением, лепит ему на подбородок. Тот глядит благодарно. Трепещут готовые вот-вот взорваться свечи.... Ещё два пантерьих прыжка - и Саша скрипом закрывает за собой  дверь. В опустевшей и оглушенной зале остается только ясное "Всё будет так". 
Мы же с Сашей прыгаем в бурную кокаиновую ночь, в цыганские юбки, в притарный кагоровый водопад, тысячу раскрасневшихся лиц, в разнузданные танцы, ехидный смех скрипки и последнее звездное небо... И втекаем в рассвет, где, во фраке и черном плаще, из первого утреннего лесного тумана предстает перед нами фигура Дантеса. Серьезен и натянут струной. Он не терял даром времени - всю ночь упражнялся в стрельбе по канделябру. 
А Саша зевает, спокойный, мягкий и светлый. И если приложить ухо к его животу, можно услышать мотивы ночных цыганских романсов, обрывки стихов и пение птиц...
* * *

Вспомнилось тут

Шел ёжик по узкой тропинке. Ему навстречу - мышь. Ёж увидел её и ахнул.
- Мышка! Миленькая моя! Боже, да как же чудно тебя здесь встретить. Мышунь, я, знаешь так давно хотел тебе сказать... В общем... Мышка! Я люблю тебя!
Мышка насупилась, холка дыбом, глядит исподлобья:
- Ох, наебёёёшь...
- Ну что ты, Мыша! Да разве я... Ну посмотри - я ж весь как есть перед тобой!  Я люблю тебя, мышка! Мы будем счастливы теперь!
- Ох наёбёёёёшь - настаивает хмурая мышь.
- Ну я не знаю как тебе... Ну хочешь,  вот тебе цветов полевых. Хоть весь луг!  Мышь, любимая, будь моей! ! Люблю я тебя!
- Любишь?
- Ага!
-Точно?
- Да провалиться мне! Люблю безумно, серенькая!
- Ну ладно...
Но на всякий случай...
пошел ты,
 ёжик...
на хуй!

Как стрёмно иногда из коробочек выбираться, правда? ,)
Хорошего дня, дорогие френды! Пусть и у вас всё будя!


* * *

Previous